ОНКОспас: как пензенские врачи борются с раком

Вряд ли кто-нибудь сомневается, что онкология – одна из главных проблем нашего столетия. По смертности рак занимает второе место после болезней сердца и сосудов, а по страху, который он вызывает у людей, – безусловно, первое. Но есть и хорошая новость: онкология считается одной из самых динамично развивающихся отраслей медицины. 

Это связано с прогрессом в области диагностики, лечения и понимания механизмов развития рака. В этом смысле наш регион не то что не отстает, он находится в числе лидеров. Как удается удерживаться на высоких позициях, почему пензенцы все чаще предпочитают лечиться в своем родном городе, какое уникальное оборудование находится в распоряжении наших врачей и почему растет количество людей, страдающих от полипов кишечника? Эти вопросы мы адресовали главному врачу Областного онкологического диспансера кандидату медицинских наук, доценту Антону Столярову.

Персональная ответственность

– Антон Анатольевич, недавно в Совете Федерации завершились Дни Пензенской области. Во время разговора с главой нашего региона Олегом Мельниченко председатель Совфеда Валентина Матвиенко высоко оценила представленные проекты, в том числе строительство хирургического корпуса онкодиспансера с современными операционными, которые позволят вывести медицинские технологии на еще более высокий уровень. Олег Мельниченко назвал это прорывом в части раннего выявления и лечения рака.

Столь грандиозные планы, да еще и одобренные в Совете Федерации, вызывают гордость и надежду. Но не могу не спросить, как обстоят дела с выявляемостью онкологии?

– Довольно неплохо. Большую роль в этом процессе играют онкопатрули, которые проводятся нашими специалистами практически ежемесячно. Кстати, первый такой выезд несколько лет назад был организован именно в Заречный, на ПО «Старт». Этот опыт оказался настолько успешным, что мы решили его распространить на всю Пензенскую область. И не зря: благодаря таким мероприятиям удается «поймать» 10–15 % случаев рака, которые были пропущены в ходе диспансеризации. Я уже не говорю о ситуациях, когда люди годами не проходят медосмотров. 

И тут хочется напомнить: ответственность за собственное здоровье лежит в первую очередь на нас самих. Врач может помочь, но только если пациент сам заинтересован в результате. Основа основ – это профилактика и здоровый образ жизни. Следуя этому принципу, мы на личном примере показываем, как важно следить за состоянием своего организма: наши врачи и я сам регулярно проходим диспансеризацию.

– Какое количество человек состоит на учете в пензенском онкодиспансере?

– Около пятидесяти тысяч. Но нужно понимать: постановка на учет не является пожизненной. Пациент снимается с диспансерного наблюдения, если в течение 5–7 лет у него не наблюдается рецидивов заболевания.

Вы можете спросить: «Пятьдесят тысяч – не слишком ли большая цифра?» На самом деле это положительный показатель. Он означает, что система диагностики (в том числе дни открытых дверей, онкопатрули, различные скрининговые программы) работает эффективно. Мы выявляем заболевание на ранних стадиях, ставим человека на учет и начинаем лечение, которое дает ему шанс на долгую жизнь.

Колоссальная нагрузка

– Как вы считаете, достаточно ли в нашем регионе скрининговых программ, позволяющих обнаруживать рак на ранних стадиях?

– Пензенские онкологи используют большинство основных, доказавших свою эффективность методик. Тем не менее останавливаться на достигнутом не хочется. Следующий важный этап, который мы надеемся внедрить в скором времени, – скрининг колоректального рака, позволяющий перейти на новый уровень ранней диагностики этого грозного, но очень распространенного заболевания.

Сейчас эндоскопическое отделение онкодиспансера работает с колоссальной нагрузкой – примерно 200 процентов выше нормы. Несмотря на две операционные и несколько эндоскопических кабинетов, справляться с потоком пациентов становится все сложнее: кроме онкологических операций, наши хирурги ежедневно выполняют по 2–3 полипэктомии (удаление полипов, появившихся на слизистой оболочке кишечника). Полипы – это доброкачественные образования, но, если ими не заниматься, со временем они могут переродиться в рак.

«Плохое» железо

– Где-то я прочитала, что в общей структуре онкозаболеваемости рак кишечника занимает 5-е место у мужчин и 7-е у женщин. Откуда берется эта напасть?

– Считается, что к появлению этого заболевания приводит несколько факторов. В основном – хронические воспалительные заболевания кишечника (тот же язвенный колит, болезнь Крона, полипы); наследственность; избыточная масса тела (лишний вес может спровоцировать гормональные сбои, способствующие развитию онкологии); малоподвижный образ жизни; вредные привычки (курение и алкоголь травмируют эпителий органов пищеварения); возраст. Ну и, конечно, огромная роль в этой «онкоистории» отводится продуктам, которые мы употребляем в пищу.

– На эту тему написано немало статей, но их авторы зачастую расходятся во мнении. Одни называют едой-убийцей переработанное мясо, другие не жалуют цитрусовые, третьи советуют исключить из рациона рыбу, потому что в ней якобы много тяжелых металлов. Четвертые не приемлют ничего острого. А как считаете вы? Какие продукты, на ваш взгляд, могут провоцировать онкологию?

– Сосиски, колбасы и красное мясо (говядина, телятина, свинина, баранина, конина), которые Всемирная организация здравоохранения относит ко второй группе риска по канцерогенности. Дело в том, что в мышечных волокнах животных содержится гемовое железо. При его окислении образуются соединения, способные повреждать клетки и запускать хроническое воспаление. Кстати, повышенное содержание железа в воде – тоже фактор риска, который связывают с сердечно-сосудистыми и онкологическими заболеваниями.

Возвращаясь к диагностическим программам: в наших ближайших планах – внедрение скрининга рака легких. Это достаточно агрессивное заболевание. При больших опухолях пациенты переносят операции крайне тяжело. Менее травматичная лапароскопия возможна только на первой и второй стадиях. Поэтому наша главная задача – повысить раннюю выявляемость.

– Если говорить о факторах риска, то на первом месте, конечно же, курение?

– Да, оно считается основной причиной. Табачный дым содержит огромное количество канцерогенов, которые повреждают клетки дыхательных путей и провоцируют мутации ДНК. Не меньшую роль играет наследственность, хронические заболевания, ионизирующая радиация, выхлопные газы автомобилей.

Кстати, курение способствует развитию не только рака легких, но и поджелудочной железы, заболеваемость которым в последнее время тоже растет.

Грех жаловаться

– Областной онкологический диспансер – это огромный современный комплекс, состоящий из нескольких корпусов: диагностического, поликлинического, радиологического, стационара и пансионата. В распоряжении медиков цитологическая и бактериологическая лаборатории, отделение рентгенодиагностики, радионуклидная диагностика. Оснащенности отделений и лабораторий могут позавидовать многие клиники аналогичного профиля. Но что лично у вас вызывает профессиональную гордость?

– У нас действительно суперсовременная аппаратура, как говорится, грех жаловаться. Такого рода оборудования нет даже в передовых клиниках страны. Например, пензенские онкологи с успехом используют в лечении своих пациентов инновационную стереотаксическую радиотерапевтическую систему Versa HD. Она позволяет медикам проводить точечную радиотерапию, максимально сохраняя работу жизненно важных органов (их видит встроенный сканер аппарата, благодаря чему удается избежать «лишнего» облучения). Эта умнейшая аппаратура реагирует даже на дыхание и биение сердца, позволяя облучать опухоль размером с пятирублевую монетку.

Так что онкология – не приговор. Недаром во всем мире семимильными шагами развиваются медицинские направления, связанные с лечением именно раковых заболеваний. Буквально каждый год появляются новые прорывные технологии, которые внедряются не для галочки и отчетов, а потому что реально спасают жизни.

У пензенского онкодиспансера тоже немало успешных наработок. Например, в лечении рака поджелудочной железы. Врачам удается выводить пациентов из неоперабельной стадии в операбельную, продлевая жизнь на несколько драгоценных лет.

Не стоят на месте и российские разработчики лекарственных препаратов. Они, можно сказать, совершили прорыв, запустив в производство индивидуальные вакцины, подходящие для конкретных пациентов. Думаю, в ближайшее время такие препараты появятся и у нас.

Но, подчеркну, эти вакцины помогают при состоявшемся онкологическом заболевании. Профилактические вакцины тоже есть, например от рака шейки матки, напрямую связанного с вирусом папилломы человека (ВПЧ). Она содержит очищенные вирусоподобные частицы, которые не могут вызвать инфекцию, но способны активировать иммунную систему, защищающую организм от онкогенных штаммов ВПЧ. Вакцина рекомендована к применению девочкам 9–14 лет. Можно привиться и в более позднем возрасте, но только в том случае, если вы не заражены вирусом папилломы человека.

Многие страны, массово использующие вакцинацию, отмечают значительное сокращение заболеваемости раком шейки матки.

Дорогая проблема

– У онкологии, как и у любого другого заболевания, есть экономическая составляющая. Наверняка, лечение рака обходится государству в копеечку…

– Вы правы, борьба с онкозаболеваемостью стоит огромных денег. Например, одна хирургическая операция в среднем обходится бюджету от двухсот тысяч до полумиллиона рублей. Лучевая терапия – от 200 до 800 тысяч (опять же, в среднем). Несколько иные цифры в химиотерапии. В этом методе лечения используются препараты самой разной ценовой категории. Одни стоят пять тысяч рублей, другие – пятьдесят тысяч. А есть и очень дорогостоящие лекарства, стоимость курса применения которых может достигать полутора миллионов. Как видите, онкология – серьезная нагрузка на бюджет, поэтому даже с этой точки зрения профилактика имеет огромнейшее значение.

– Раньше многие из тех, у кого был обнаружен рак, старались попасть на лечение в клиники Москвы и Санкт-Петербурга, ссылаясь на то, что там более квалифицированные врачи и лучшая оснащенность медоборудованием. Как обстоят дела сейчас?

– У каждого человека есть выбор. Возможно, кто-то и предпочитает лечиться в столицах, но основная масса пациентов доверяет свое здоровье нашим специалистам, профессиональный уровень которых весьма высок. Они постоянно повышают квалификацию, участвуют в мастер-классах и конференциях, которые проводят коллеги из ведущих научных центов страны. Квалификация наших врачей настолько высока, что они сами обучают врачей в других регионах.

Кроме того, никто не отменял телемедицину. Если у нас появляется необходимость получить консультацию у коллег из столичных онкоцентров, мы обязательно это делаем.

Что касается оборудования, то его возможностям, как я уже говорил, могут позавидовать даже очень серьезные клиники страны. В распоряжении наших медиков четыре высокомощных ускорительных комплекса, два аппарата для брахитерапии и современный аппарат для близкофокусной лучевой терапии, который позволяет добиться хороших лечебных и косметических результатов при лечении рака кожи.

Все вышеперечисленное делает пензенский онкодиспансер востребованным не только у пензенцев, но и у жителей соседних регионов.

Кстати говоря, мало кто знает (кроме онкологов, разумеется), что наш регион курирует главный внештатный онколог Минздрава России, академик РАН Андрей Каприн. Так вот эксперты Национального медицинского исследовательского центра радиологии (НМИЦ), в очередной раз побывав в нашем диспансере, подтвердили его хорошую оснащенность и высокий уровень специалистов. 

Школа жизни

– Чувствуется, что вы гордитесь медучреждением, которое возглавляете.

– Безусловно. Онкодиспансер давно стал для меня родным. Свой путь в медицине я начинал именно здесь: пришел медбратом, учась на последних курсах Пензенского медицинского института. Было нелегко. За одно дежурство приходилось ставить до сорока капельниц, а уколы я даже не считал. Затем ассистировал во время операций, а после интернатуры и сам встал к операционному столу. 

– Вы прошли настоящую школу жизни: не каждый способен преодолеть путь от медбрата до главврача. Удается ли совмещать руководящую должность с лечением пациентов? 

– Удается, хотя это крайне сложно, поскольку медучреждение такого масштаба требует внимания «24 на 7». Это нормально. Но у меня все же получается находить время на операции (должна же быть отдушина от административной работы).

– Часто встаете к операционному столу?

– Не так часто, как хотелось бы, но раз в неделю получается. Мы с коллегами проводим эндоваскулярные операции, направленные на лечение неоперабельных опухолей, когда с помощью специальных технологий перекрывается сосуд, питающий новообразование.

– В вашем кабинете стоят иконы. Вы верующий человек?

– Конечно! Без веры в нашей профессии нельзя: профессионализм профессионализмом, но и без поддержки свыше не обойтись…

Фото предоставлено пензенским онкодиспансером