Отделу внутренних дел Заречного исполнилось 70 лет
Первыми сотрудниками ОВД Заречного были участники Великой Отечественной войны. Им на смену пришли молодые, амбициозные ребята, окончившие школу милиции. Теперь они уже сами ветераны. Но службу в органах помнят вплоть до имен преступников и сумм ущерба.
Без интуиции делать нечего
Виктор Рябушкин приехал в Заречный из Елабуги в 1962 году. Родом был из Пензенской области, потому и выбрал для работы после учебы наш город. Отделение тогда располагалось в бараке на «Полигоне».
– Я как глянул, куда я попал! В болото! Идешь по коридору, а вода плюх-плюх-плюх по доскам. И нас всего 16 человек, а участковый я один на весь город, – вспоминает Виктор Трофимович.
Правда, и город тогда был – «Полигон», проспект Мира да улица Братская. Но дел хватало. Пока периметр не закрыли, народ с окрестных сел воровал со стройки все, что плохо лежало. Да и потом, когда Виктор уже стал оперуполномоченным уголовного розыска, краж было много. В раскрытии преступлений его часто выручали общительность, интуиция и логика.
Там, где другие сотрудники пасовали, он шел к людям, находил случайных свидетелей или тех, кто был в курсе происшествия, и получал нужные сведения.
– Милиция была – это народная милиция. Нам доверяли. Я ни разу за всю свою службу не показал удостоверение. Никто не требовал. Меня все знали, и я всех знал, – объясняет ветеран.
Документ ему не потребовался даже при разговоре с цыганами. Там пришлось проявить характер. Периметр проходил по сегодняшней улице Строителей, а за ним был еще целый микрорайон, который тоже относился к нашему городу. В него-то и нагрянули незваные гости. Обобрали много квартир, что было нетрудно: люди держали ключи под ковриком у двери. Телефоны в милиции разрывались от звонков пострадавших.
Виктор в «гражданке» взял дежурного и на машине подъехал к шатрам. Вышел один. Нашел барона. Пока они разговаривали, вокруг них кольцом ходило человек десять цыган, пытались задавить сотрудника ОВД морально, но в итоге сами принесли все украденное.
За человечность и несгибаемый характер его уважали даже преступники, которых он посадил в тюрьму. Однажды Виктор Трофимович приехал по делам в лагерь заключенных в Терновке.
– На проходной спрашиваю, где начальник. Мне говорят: «Он на территории. Пока заключенные обедают, ты успеешь к нему пройти». И вот я иду, а они вышли. Лавина! Фронт арестантов. И все ближе и ближе. Сейчас сомнут, изобьют, и меня живого не будет. Страшно было. И вдруг крик из этой толпы: «Виктор!» Фронт остановился. А ко мне бежит парень, который у меня по делу о кражах из школьных столовых проходил. Он почувствовал, что сейчас беда будет. Мы обнялись, и он меня до проходной проводил, – рассказывает следователь.
Не кулаками работали
Геннадий Симиков перевелся в Заречный из Пензы в мае 1969 года. Как раз в это время на улице Ленина началось строительство нового здания ОВД. Почти полгода молодой сотрудник был участковым, а потом стал оперуполномоченным уголовного розыска.
– Когда я сюда приехал, мне сразу квартиру дали, телефон поставили. Я еще подумал: зачем телефон, кому мне звонить? Оказалось, это милиции нужно – меня поднимать. Только придешь домой, звонят. Что-то случилось, надо на службу, – вспоминает Геннадий Михайлович.
Расследовать приходилось и крупные хищения, и мелкие кражи. Однажды у женщины в магазине «Чайка» вынули из кармана 230 рублей. По тем временам огромные деньги! Геннадий выехал на место происшествия. Магазин закрыли, стали всех опрашивать. В круг подозреваемых попала некая Людмила. Она пришла в «Чайку» с подругой, а потом неожиданно исчезла.
– Я стал думать, как же мне ее так задержать, чтобы она ни о чем не догадалась и не успела свою добычу спрятать. Приехал на завод, попросил начальника второго отдела ее вызвать, а сам жду возле проходной. Она только вышла – я ее цап-царап. Идем с ней в ОВД, а она крутится, вертится. У меня сразу возникло подозрение, что деньги при ней. Я ее из поля зрения не выпускаю. Только в отделе поднялись на второй этаж, она в туалет попросилась. Что делать? Думаю, раз нуждается в деньгах, значит, не выкинет их. Спрячет. И точно, – рассказывает следователь.
Деньги нашли. А Людмила во всем призналась.
– Только в кино преступления быстро раскрываются. На самом деле это кропотливый труд, где нужно постоянно шевелить мозгами и психологию людей знать обязательно, тактику их поведения. Мы не кулаками работали. Никто не скажет, чтобы я кого-то обидел физически. Всегда находил в себе сдержанность. Если честно, иногда хотелось ударить, потому что точно знал, что передо мной преступник. Но нервы были железные. Каждый милиционер в первую очередь должен быть человечным, – объясняет Геннадий Михайлович.
70 % успеха – семья
Почти три десятилетия отдал ОВД Заречного Виктор Рябушкин, 20 лет прослужил Геннадий Симиков. Оба вспоминают, как не спали ночами, пытаясь разобраться в запутанных преступлениях, как по звонку срывались из дома в выходные дни, в очередной раз извиняясь перед женой за несбывшиеся планы.
«70 процентов нашего успеха – это семья, надежный тыл», – говорят ветераны.
У обоих уже взрослые дети, внуки, радуют своими первыми достижениями правнуки. И если раньше родным порой не хватало внимания вечно пропадавших на работе отцов, то теперь они возвращают его с лихвой.
– Надо! Это слово и раньше нами двигало, и сейчас. Так мы воспитаны. Нам с Виктором Трофимовичем уже за 80, а мы до сих пор на земле трудимся, чтобы у детишек фрукты, овощи были свежие, чтобы они могли к нам приехать и на природе отдохнуть. А раз надо, значит, никаких трудностей не должно быть. Все преодолимо, – считает Геннадий Симиков.
