Для Заречного чужих детей не бывает
В ночь на 22 мая ВСУ ударили по зданиям колледжа в Старобельске, где находились подростки и молодые люди в возрасте от 14 до 23 лет. 21 человек погиб, 63 пострадали. Спасатели почти двое суток работали под угрозой повторных атак беспилотников. Врачи боролись за каждого пациента. Жители ЛНР сдавали кровь. Вместе с потерявшим детей городом скорбела вся страна.
Когда началась СВО, жители самых отдаленных уголков России осознали, насколько они близки друг другу. Волонтеры стали собирать гуманитарную помощь фронту, воспитанники детских садов и ученики – писать трогательные письма и передавать игрушки-обереги бойцам. Медики поехали в новые регионы, чтобы лечить больных и раненых, строители – восстанавливать города и села. Школьников из приграничных районов отправляли вглубь страны, чтобы они могли провести летние каникулы в тишине и спокойствии.
К детям в нашей стране всегда было особое отношение. Это отмечают зареченские волонтеры и участники специальной военной операции.
Елена Корчагина, руководитель движения «Пенза своих не бросает»:
– Сейчас мы въезжаем «за ленточку» через другой КПП, а раньше всегда видели у дороги в Донецке мальчика лет 10. Каждый раз он встречал нас, размахивая российским флагом. У Богдана две сестры, старшая и младшая. Мы стали привозить им сладости и канцтовары. Как-то я спросила Богдана, о чем он мечтает. Мальчик ответил: «О велосипеде». Я рассказала об этом своим волонтерам. И в следующий раз мы привезли с собой три велосипеда: для Богдана и его сестренок. Как они были счастливы!
Мне кажется, дети новых регионов до конца не понимают, что жизнь может быть другой. Они ее не знают, потому что росли (а многие и родились) в военное время. Приспособились к тому, что есть. Хорошо, что сейчас в Донецке спокойно.
Наши бойцы тоже заботятся о местных ребятишках. Перед каждым Новым годом просят нас привезти сладкие подарки и раздают их в населенных пунктах, рядом с которыми находятся.
Олеся Муравская-Колчанова, руководитель гуманитарного отряда «ПенZaZaПобеду»:
– Погиб в нашем подшефном подразделении боец. Сам он из Пензы, но жил в Марий Эл. Там у него жена, дети. А его в самом начале СВО мобилизовали. Так и воевал все это время. Привезла я его вещи в Заречный, чтобы семье отправить. Но потом подумала, что этого мало. Собрали мы посылку: купили конфеты, игрушки, положили домовят, которых делают «серебряные» волонтеры Заречного. Мы потом с родными бойца созванивались, я им рассказала, что такие обереги есть в каждом блиндаже, и дочка погибшего мне ответила: «Я теперь всегда буду беречь этого домовенка».
Мы и новым регионам помогали. У нас в Пензе на производстве шьют вещи для детей и взрослых. Многое отдали нам. Когда мы привезли это в села Херсонской области, люди приходили, брали с удовольствием. Говорили, что там такого нигде не купят. Дети особенно радовались новой одежде и игрушкам, обнимали нас.
А сколько счастья было в их глазах, когда они получали конфеты, вы не представляете! Шли с полными руками пензенских сладостей, оборачивались, кричали: «Спасибо вам!»
Однажды мы пригласили несколько семей, чтобы раздать помощь, и в это время объявили ракетную опасность. Начали стрелять по БПЛА, но никто не боялся, все уже привыкли. Только малыши читали вслух молитвы, чтобы не попало ни в кого из нас.
Они очень хотят мира. Глаза у многих уставшие и напуганные. Несмотря на маленький возраст, эти дети много чего повидали и многое пережили.
Олег Фунтиков, ветеран СВО:
– Там, на фронте, мы постоянно чувствовали поддержку тыла. Особенно ждали письма и рисунки от детей, все бойцы старались их получить. И не важно, что это не их дети. Каждое слово грело, пахло домом и мирной жизнью.
Помню, ребятишки в ДТДМ наделали для нас обереги – игрушечки маленькие, ангелочков. Я сам таких постоянно таскал под «броником», и мои подчиненные тоже. Потом чебурашка появился практически у каждого. Многие их домой с собой забрали.
Я на СВО два раза был и видел, как там изменилось отношение к русским людям. На Украине детям долго объясняли, что мы оккупанты. Но вот мы пришли – и стали им помогать. В Мариуполь я в 2022 году заходил, он весь в развалинах был. Сейчас город вообще не узнать: наши его отстроили. И отношение к нам у многих подростков и молодых людей изменилось. Их стойкость у меня вызывает уважение.
Они учатся, записываются в «Движение первых». Их никто не заставляет, они сами идут, зная, что сразу попадают под прицел. Там такая же ситуация, как была после гражданской войны, когда кулаки охотились на комсомольцев. Теперь террористы отрабатывают по домам молодежи. Узнают, что там мероприятие, и посылают дроны. А ребята понимают, что рискуют, и все равно идут. Это настоящие герои. Спасибо учителям, которые их воспитали.
Но за детей страшно. Только представьте: атака дома молодежи, сбитые «птички» где-то в стороне падают, взрываются. Идут мама с дочкой лет семи. И девочка так спокойно: «Мам, опять «птичка» полетела?» Для нее это обычно, как для нас дождь. Когда такое видишь, понимаешь, для чего мы воюем. Нужно это прекратить.
Но победить там недостаточно. Самое важное – выиграть войну идеологий, иначе некому будет продолжать то, что мы сейчас делаем. И тогда зло опять вернется. Я знаю, что бывает, если неправильно учить молодежь. Но я также видел, как за короткий промежуток времени можно человека воспитать правильно. Наши дети должны быть с нами едины. И это зависит только от нас, взрослых.
Фото предоставлено Еленой Корчагиной
